Как суды трактуют форс-мажор при срывах поставок на юге России

Судебная практика последних лет демонстрирует устойчивый подход: ссылки на санкции, перебои с топливом, ограничения в портах и другие внешнеполитические обстоятельства в большинстве случаев не признаются форс-мажором. Суды отказывают в таком обосновании освобождения от ответственности.

Позиция основана на том, что санкции, действующие в отношении России с 2014 года, относятся к обычным предпринимательским рискам. Чтобы успешно сослаться на них как на форс-мажор, необходимо доказать, что конкретное решение иностранного государственного органа сделало исполнение обязательства объективно невозможным.

Напомним, что Гражданский кодекс не содержит закрытого перечня форс-мажорных обстоятельств. Согласно п. 3 ст. 401 ГК РФ, непреодолимая сила должна обладать признаками чрезвычайности и непредотвратимости. При этом прямо исключаются из этого понятия нарушение обязанностей контрагентами, отсутствие товаров на рынке и недостаток денежных средств у должника.

Для бизнеса, особенно работающего на юге России и в логистике, это означает необходимость готовить исчерпывающие доказательства реальной невозможности исполнения, а не рассчитывать на автоматическое освобождение от ответственности при ссылке на санкции или связанные с ними трудности.